Мостовые Ехо

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мостовые Ехо » Эпоха Кодекса (до 123 года) » A la guerre comme a la guerre.


A la guerre comme a la guerre.

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

1. Место действия:
Ехо.
Уриуланд.
Снова Ехо.

2. Дата и время:
28 день 59 года Эпохи Кодекса.
С 12:00 утра – до момента выполнения задания.

3. Погода:
Изменяется по ходу повествования.

4. Участники:
Кофа Йох, Шурф Лонли-Локли.

5. Краткое описание квеста:
Унылый Тайный Сыщик – в скором будущем мёртвый Тайный Сыщик. Сразу после того, как с одним из таковых смерть уже произошла, потерять другого – слишком большая расточительность. Хвала Магистрам – работа не стоит на месте. Сможет ли поездка в одну из провинций Соединённого Королевства улучшить настроение людей, потерявших товарища? Во всяком случае, одного из них, которому пришлось особенно тяжело… Немудрено, прошло всего девятнадцать дней.

+1

2

as my memory rests
but never forgets what I lost
wake me up when september ends

Терять близких всегда тяжело, особенно когда это тот, за кого ты был в ответе. Сэр Кофа любил Тотохатту Шломма, искренне и чуть снисходительно, он был смешным - как и все юные господа в их маленьком приюте безумных. Сэр Шломм был натурой увлекающейся и слегка взбалмошной. Впрочем, как и все мастеры преследования.
Такие люди почти гениальны, они могут работать и решать задачи фактически на одном энтузиазме, но бумажная работа их убивает и они совершенно не умеют останавливаться. Это печально и грустно, и всегда, всегда! - нужен якорь и просто разумный индивид, но надо понять одно - эти маленькие, иногда несносно раздражающие люди имеют право на собственные поступки, ошибки и бывает момент, когда их надо отпустить.
В Ташер или в гости к великим магистрам вечности. Навсегда.
Йох посмотрел искоса на чрезмерно серьезного сэра Лонли-Локли, вздохнул и вновь чрезмерно внимательно уставился на кеттарийского охотника стеклянными глазами. Внимательно кивая, Кофа не утруждал себя запоминанием чрезмерно длинного и крученного названия "задания", хотя, видят темные магистры, задания тут не было по сути никакого. Вот психотерапия для несчастного мальчика, который и вроде Смерть на Королевской Службе, а ведь по сути-то ребенок-ребенком. Все тот же Безумный Рыбник, сумасшедший мечтатель, живущий местами и немного идеалист. Кофе хочется покачать головой, потому что Шурф, по сути, еще и сам дитя, а все то же - винит себя, пусть и рационально раскладывая по полочкам все за, против, факты, вину и ошибки.
Иногда вещи просто случаются и никто не может ничего с этим поделать. Кофа много раз видел подобное - начальник полиции, это крайне увлекательно и крайне суматошно, а в последнее время под руководством милейшего героя смутных времен Бубуты Боха и вовсе становится городской легендой. Хорошей смешной легендой, разумеется.
Но, в общем, это ерундовина. Легенды должны соответствовать времени, сейчас оно, к сожалению, мирное и легенды ему подстать. Потому и не считал должным оставаться и дряхлеть на нудно-бумажной должности полицая всего лишь за ради репутации и грозной легенды да доверия жителей города Ехо.
Да нужно оно им?
Кофа терпеть не мог скуку. Поэтому с чистой совестью пропустил мимо сознания всю деятельную речь Джуффина, которая была увлекательна и занимательна, но смысла несла мало. Если понадобится - потом вспомнится. Хороший у него все же организм, а если что - всегда есть сэр Шурф, который может практически дословно воспроизвести.
Гораздо интереснее выслушать короткие отчеты своих маленьких агентов по городу и прикинуть, можно ли со спокойной совестью или с совестью глубоко спящей отправиться на маленькие импровизированные каникулы.
В общем, спокойно сложить кухонку и шарманку да одежду, и спокойно заснуть, пока сэр Лонли-Локли ведет амобиллер.
А проснуться уже другим, вредным и жутко голодным.
- А, все тот же унылый пейзаж за окном.

+2

3

Сэр Шурф был сейчас в таком состоянии, что его и истинный сэр Кофа, и три десятка пьяных изамонцев не проняли бы. И, вообще говоря, внешне он выглядел и функционировал нормально… Вот только эмоций не было. Никаких. Даже намёков. Даже проницательный Джуффин Халли, который читал каждое немое движение души своего ученика, как бы тот хорошо ни держался, не мог ничего обнаружить. Как с пустышкой беседовать.  Лонли-Локли был не из тех, чей мир разрушится с чужой смертью, но это не значило, что тот не мог повредиться, и, вдобавок, воли и самообладания было ещё недостаточно для того, чтобы всё починить. Как было – уже не станет, это очевидно. Но всё дело в том, что Шурф не видел и не понимал, к чему должен прийти. И не хотел. Стремился застыть в своём текущем состоянии абсолютного равнодушия ко всему. Даже жажда новых знаний притупилась, стала чем-то сродни чувству лёгкого голода, которое вполне можно терпеть и даже почти игнорировать. Всё казалось ему бессмысленным, потому что все полученные когда-либо знания были не способны отменить смерть. Лонли-Локли оказался перед её лицом столь же беспомощным, как много лет назад – когда не смог оживить своего любимца-лиса, когда узнал о гибели отца, когда… Да, когда чувствовал приближение собственного конца. Это вышибало из колеи. Это заставляло ощущать себя беспомощным и никчемным. Как будто со времени, когда он являлся ребёнком, и до сего дня ни на шаг не продвинулся.
В чём же была ошибка? Как больше не допустить её? Чего Шурф не учёл? Это-то непонимание и не давало ему покоя больше всего. Он нёс ответственность. Посему просчёт - его вина. Он не справился со своими обязанностями по отношению к Тотохатте.
И в этот самый момент весьма "своевременно" проснулся сэр Кофа Йох.
-Не соблаговолите ли пояснить причины, по которым Вы полагали, что он должен как-то измениться?  Простите, если моя скорость езды не оправдала Ваших надежд, - сухо и флегматично проговорил Мастер Пресекающий Ненужные Жизни. В тоне его не было сарказма, не было раздражения, но, разумеется, не было также и смущения или извинений. Пара равнодушных реплик, неизвестно для чего предназначенных – не иначе как наполнить хоть чем-то многострадальный воздух, - Через десять минут справа от нас будет город. Насколько я помню, он называется Челли. Не желаете ли остановиться там? Либо поедем дальше, и через пару часов Вы смените меня и поведёте амобилер? Учтите, что извлекать пищу из ниоткуда, как это делает сэр Халли, я не умею, - нейтрально продолжал Шурф, едва разжимая зубы и шевеля губами почти незаметно. От этого казалось, что то ли он пытается шептать, то ли взбешён и старается это скрыть, то ли у него что-то не в порядке с горлом.

+2

4

Пейзаж за окном был уныл и однообразен: Кофа страдальчески поморщился и вновь подумал, что это единственный минус путешествий - скорость их воплощений. Бездумно раздражает, что деятельная натура сейчас не может зацепиться и нормально, адекватно действовать, не дожидаясь терпеливо погоды для арварохского похода за море. Кофа несколько мгновений пристально смотрел на сэра Безумного Рыбника, вариант второй, усовершенствованный прохвостом кеттарийским.
- Какой же вы зануда, сэ-э-эр, - Йох усмехнулся, с глубоким раздражением отмечая, что столь долго и тщательно подбираемый гардероб опять и снова висит на нем, как на вешалке и выглядит отвратительно. Что тоже не радовало, а пробуждало искреннее желание помянуть батюшку не очень добрым словом, пожелав ему всяческих приятных неприятностей в его путешествиях по неведомым мирам и искренне любящего пожелания наколдовать этой самой истинной магией магистру Хумхе столь же прекрасной, как и он сам, призрачную чугунную сковородку на макушку. - Спасибо, мне действительно было необходимо узнать именование того несчастного городка, чтобы припомнить, что нормальной еды там нет, не было и явно уже не будет никогда. Несчастные люди, травящиеся собственноручно приготовленным ядом, который они столь гордо зовут камрой. Спасибо, обойдусь. Впрочем, остановиться мы можем, потому что вести сегодня эту таратайку я не намерен.
Кофа потянулся и достал кухоньку. Единственная приличная вещь, которую оставил ему отец. Хотя, нет. Немного не так:единственная вещь стоящая вещь вообще среди всего того хлама, что мог после себя оставить грозный магистр Йох. Безумный старичок, правда, Кофа собственноручно прибьет любого, кто посмеет этого самого старичка пожалеть. Ибо снисходительность к идиотам - это самая изощренная пытка нормальных людей и несчастного мира в целом.
По амобиллеру поплыли ароматные запахи, а Кофа блаженно прикрыл глаза, понемногу примиряясь с отвратительной реальностью и даже необходимостью куда-то ехать с этим скучным типом с совершенно бессмысленной целью и совершенно неясными намерениями.
- А, впрочем, торопиться и правда никуда не надо. Останавливайтесь, - щедро добавил Кофа. - Хотя бы помоемся сравнительно нормально. Хотя вру. Помоемся отвратительно, но лучше, чем будет дальше.
И даже это не слишком искупит вину хозяина той пародии на трактир за некачественную пищу.

Кофа потянулся, с неудовольствием отмечая, что ногам теперь неудобно совсем. Да и затекли они, в общем.

+2


Вы здесь » Мостовые Ехо » Эпоха Кодекса (до 123 года) » A la guerre comme a la guerre.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC